?

Log in

No account? Create an account

Инкассаторский троллейбус

Блог Андрея Веприкова


Категория: путешествия

А в памяти такая скрыта мощь˜...
mouse0
shergi


Монумент Победы в Оренбурге. Скульптор - Набил Ишмухаметов. Колоритнейший персонаж.



Фотку Набила взял отсюда, там их много.
Вообще-то он, как и Юрь Александрович, из Орска. 30 слишним лет назад в Оренбург его вытянул Юрий Дмитриевич Гаранькин. Специально, чтобы сваять эту стеллу. Обещал три тысячи рублей и квартиру. Деньги выплатил, а с квартирой так и не заладилось.
Зато дали мастерскую в доме художников на Ленинской, где Набил и жил. Ему в принципе было все равно. Елагин и Черномырдин в 90-е организовали поездку большой группы оренбургских художников в Индию. Набил там уходил из гостиницы и ночевал прямо на земле с местными нищими.
А в Оренбурге мог в Зауралке, куда ходил искать коряги для творчества, остаться на ночь прямо в стогу сена.
Что сейчас с Набилом, как у него дела, не знаю.

Ровно в 300 метрах от Монумента Победы, созданного по инициативе Юрия Гаранькина, буквально на днях установили бюст самому Юрию Дмитриевичу.

Гаранкин

Месторасположение бюста удачным не назовешь - сразу за спиной недавнорасширенный проспект Победы, даже кустики не посадишь. На заднем фоне - торговый центр.

Вывод из этого прост.

Уважаемые градо- и губерноначальники. Не засирайте, пожалуйста, городское пространство автостоянками и торговыми комплексами по самое не могу. Где потомки будут ставить вам памятники?

Вангую, что бюсты Мищерякова, Арапова, Берга и того же Чернышева будут ютиться на лестничных пролетах торговых центров, у входа в кладовку, где мешочники хранят свои баулы с китайскими подушками-пердушками.



Добавить shergi в друзья

Как Михайло Ломоносов за длинным рублем погнался
mouse0
shergi

Оказывается, Ломоносов по молодости чуть было не попал в Оренбургскую экспедицию

В конце 1730 года Ломоносов принимает решение оставить родные края и продолжить образование в столице. Обманом, скорее всего, за взятку, выправив себе паспорт, он втайне от отца с рыбным обозом уходит в Москву, чтобы поступить в Славяно-греко-латинскую академию. Поскольку отец не помогал Михайле, в Москве ему приходилось жить на крошечную стипендию (три копейки в день), которой едва хватало на хлеб, квас, бумагу и обувь. Михайло учился на птичьих правах, поскольку соврал, будто он дворянский сын. Обман раскрылся, когда Ломоносов соврал еще раз, назвавшись сыном попа, чтобы попасть в Оренбургскую экспедицию.

В начале 1734 г. действительный статский советник И. К. Кириллов предложил для защиты и закрепления восточных окраин России организовать специальную экспедицию, которая бы построила на реке Ори город, сделала пристань на побережье Аральского моря и предприняла ряд других мер. Императрица Анна Иоанновна утвердила представленный проект и распорядилась поставить во главе Оренбургской экспедиции советника Кириллова и полковника Тевкелева. В состав экспедиции, кроме военных, инженеров, ученых и обслуживающего персонала, должен был войти и "священник из Спасской школы или кто достойный сыщется". В июле 1734 г. И. К. Кириллов направил в Синод просьбу посвятить в священники и отпустить к нему в экспедицию ученика Спасских школ М. Красильникова, который уже был ему представлен ректором как достойный этой поездки. Однако в самый последний момент М. Красильников заявил, что ехать в экспедицию не желает.

Тогда Синод распорядился отправить с Кирилловым ученого священника из числа служителей московских церквей, если среди них окажутся добровольцы; если же таковых не окажется, то выбрать достойного из учащихся Славяно-греко-латинской академии. Добровольцев охать в экспедицию среди московских священников не оказалось, и 2 сентября 1734 г. ректор Спасских школ архимандрит Стефан сообщил в канцелярию Синода, что в Оренбургскую экспедицию предполагается послать ученика класса риторики Михаилу Ломоносова. В тот же день М. В. Ломоносова представили И. К. Кириллову, который остался им доволен и сказал, что для принятия и отправления этого священника оставит в Москве офицера. Через два дня по существующим правилам Ломоносову был учинен допрос, о чем красноречиво свидетельствуют строки архивного документа:

«А в допросе он сказал: отец у него города Холмогорах церкви Введения пресвятыя Богородицы поп Василей Дорофеев, а он Михаила жил при отце своем; а кроме того нигде не бывал, в драгуны, в солдаты и в работу сея Императорского Величества не записан, в плотниках в высылке не был... А от отца своего отлучился в Москву в 1730-м году октября в первых числах и, приехав в Москву, в 1731-м году в генваре месяце записался в вышеписанную Академию... И чтоб ему быть в попа в ... известной экспедиции стацкого советника Ивана Кириллова, он Михаила желает. А расколу, болезни, и глухоты и во удесех повреждения никакова не имеет; и скоропись пишет. А буде он в сем допросе сказал что ложно, и за то священного сана будет лишен, и пострижен и сослан в жестокое подначальство в дальней монастырь".

Рассказав легенду о своем прошлом и поставив под этой легендой свою подпись, М. В. Ломоносов надеялся, что ему поверят на слово, как при приеме в Академию. Он совсем не ожидал, что после беседы с ним будет составлен запрос в Камор-Коллегию: действительно ли в Холмогорах по последней переписи имеется поп Василий Дорофеев и при нем сын Михаиле и сколько оному Михаиле лет? Дело принимало серьезный и опасный оборот, и Ломоносову пришлось срочно отказываться от сказанного на допросе: "А при отдаче в Камор-Коллегию вышеписанной справки означенной Ломоносов сказал, что де он не попович, но дворцовой крестьянской сын... И М. В. Ломоносову сразу же устроили повторный допрос, запись которого гласит:
"Рождением де он Михайло Архангелогородской губернии Двинского уезду дворцовой Куростровской деревни крестьянина Василья Дорофеева сын, и тот де ево отец и по ныне в той деревне обретается с протчими крестьяны и положен в подуш.

А в прошлом 1730-м году декабря в 9-м числе позволения оново отца ево отбыл он Ломоносов в Москву, о чем дан был ему и пашпорт (который утратил он своим небрежением) и с Холмогорской воеводской канцелярии за рукою бывшего тогда воеводы Григорья Воробьева; и с тем депашпортом пришел он в Москву и жил Сыскного приказу у подьячего Ивана Дутикова генваря до последних чисел, 1731-го году, а до которого именно числа — не упомнит. И в тех де числех подал он прошение Заиконоспасского монастыря архимандриту (что ныне преосвященный архиепископ Арханогелогородский и Холмогорский) Герману, дабы принят он был Ломоносов в школу. По которому ево прошению он архимандрит ево Михаила приняв приказал допросить, и допрашиван; а тем допросом в Академии показал, что он Ломоносов города Холмогор дворянской сын. И по тому допросу он архимандрит определил его Михаила в школы... А в экспедицию с статским советником Иваном Кирилловым пожелал он Михайло ехать самоохотно. А что он в ставленническом столе сказался поповичем, и то учинил с простоты своей, не надеясь в том быть притчины и препятствия к произведению во священство; а никто ево Ломоносова , чтоб сказался поповичем, не научал. А ныне он желает по прежнему учиться во оной же Академии. И в сем допросе сказал он сущую правду без всякия лжи и утайки...".

Поскольку сына крестьянина нельзя было произвести в священники, срочно начались поиски другой кандидатуры для посылки в Оренбургскую экспедицию. В октябре—ноябре 1734 г. туда добровольно поехал московский священник Антип Мартемьянов. Сам же И.К.Кириллов отбыл из Москвы в первой половине сентября. Вместе с ним для помощи в содержании школы и для обучения ботанике, живописи, аптекарскому делу и другим наукам поехали шесть учеников Славяно-греко-латинской академии — из классов от фары до пиитики.

Насколько известно из документов, чистосердечное признание не повредило М.Б.Ломоносову, и он продолжал успешно учиться в Спасских школах. А спустя год после описанного события, в декабре 1735 г. М. В. Ломоносова, как одного из лучших учеников Спасских школ, отправили продолжать учебу в Петербургский академический университет.

= = = = historydata.ru (Яндекс пишет, что сайт вредный) = = = =




{C}{C}
Добавить shergi в друзья